Import

Тема: Доступная рыба – для населения

Обсуждение
Игорь  БЫСТРОВ

Цель – обеспечить доступ населения к ресурсу

Эксперт в вопросах рыбной отрасли

«Сахалинский эксперимент» в прибрежном рыболовстве вызвал большой резонанс. О реализации предложений, с которыми губернатор Олег Кожемяко обратился к руководству страны, в начале ноября представители региона рассказали на Дальневосточном научно-промысловом совете.

Обсуждение получилось бурным – делегаты от других краев и областей активно интересовались опытом Сахалина. На каких принципах предоставляется доступ к ресурсу, как ведется учет, можно ли было пойти в рамках действующего законодательства иным путем? Звучали эти и другие вопросы. Союз рыбопромышленников Камчатки предложил распространить изменения, внесенные в правила рыболовства по сахалинской «шестимильке», на весь Дальний Восток.

Что же такое «сахалинский эксперимент»? Каковы его первые результаты? Как будет вестись дальнейшая работа? Об этом в интервью «Fishnews – Новости рыболовства» рассказал заместитель председателя правительства Сахалинской области Игорь Быстров.

– Игорь Михайлович, давайте вернемся к истокам эксперимента. Как зародилась идея изменить условия работы рыбаков в шестимильной зоне? Почему власти Сахалинской области решили пойти на такие перемены?

– Эксперимент начался, в общем-то, с жалоб населения: «У моря живем, а рыбы не видим». Наши решения направлены на то, чтобы обеспечить права жителей региона и устранить этот парадокс. Работа пошла в нескольких направлениях. Это программа «три хвоста», позволяющая гражданину бесплатно поймать на удочку три экземпляра лосося в день в период путины. Это программа «Доступная рыба», задача которой – добиться снижения цены на продукцию из водных биоресурсов, обеспечить ею население муниципальных образований нашего региона.

В результате выяснилось, что прибрежный промысел на Сахалине, где проживает основная часть населения области, фактически «схлопнулся». Ежегодно в прибрежных водах самого крупного острова добывается порядка 80-100 тыс. тонн лосося и лишь 7-8 тыс. тонн – другие виды рыб, поставляемые на сахалинский берег. В основном это камбала и навага. Травяные креветки, крабы, корюшка на нашем рынке оставались абсолютно непонятным, «серым» сектором. То ли продукция любительского рыболовства, то ли откровенная «браконьерка». При этом цены сумасшедшие.

Мы решили пойти по пути расширения промысла. Выяснилось, что рыболовство в прибрежной зоне сдерживает ряд факторов. В первую очередь это не соответствующее состоянию водных биоресурсов и технологиям промысла нормативно-правовое регулирование.

Прежде всего я имею в виду существовавшие ограничения по прилову биоресурсов, для которых устанавливается общий допустимый улов, в 2%. В эту норму ничего не помещается. Раньше на Сахалине и термин такой был – лов разнорыбицы. На ее долю приходилось порядка 30% от всего объема добычи нашей области. Но затем мы перешли на моновидовой промысел, когда доступ к ресурсу предоставляется через договор о закреплении доли квоты добычи или договор пользования водными биоресурсами. И получается, что право на вылов не совпадает с объективным состоянием ресурсной базы, технологиями промысла. Поэтому мы решили добиваться увеличения прилова до 10% – это предложение на сегодняшний день уже реализовано. Изменения успели принести результат. На наших рынках представлена рыба, которая раньше просто выбрасывалась за борт. Выбросы сократились.

Но даже максимальный прилов в 10% не отвечает практике. Поэтому мы подготовили техническое задание и будем проводить аукцион среди рыбохозяйственных институтов, чтобы организовать исследование, позволяющие выяснить объективные показатели прилова. Такие, которые отвечают состоянию ресурсов. Причем по промысловым районам Сахалина, Курильских островов это абсолютно разные величины.

– Эти исследования – задача до конца года?

– В нынешнем году мы хотим разместить заказ на исследования, предполагаем, что на первом этапе это будет кабинетная работа – анализ промысловой статистики, которая уже есть. Несоответствие отдельных норм правил рыболовства реальной жизни настолько очевидно, что, на наш взгляд, имеется вполне достаточная база для того, чтобы принимать предварительные решения. Это позволит увеличить разрешенный процент прилова. Для перехода к многовидовому промыслу, разнорыбице, необходимо проводить уже более глобальные исследования.

В Крыму разрешенный прилов уже увеличен до 49% – на наш взгляд, это больше соответствует действительности. Но мы полагаем, что все-таки необходимо вернуться к старому термину – лов разнорыбицы. Да, должны быть ограничения по количеству судов, орудий лова, по сезонам, нельзя прилавливать определенные объекты – краба, креветку, лососей, но остальное, я считаю, вполне можно пускать в оборот. Регулировать промысловую нагрузку на морские экосистемы, отслеживая исключительно фискальные параметры (объем вылова и его производные), не везде рационально. Когда-то на промысле работало множество судов, обеспечивали население рыбой, снабжали зверопром Сахалинской области кормами. И никакого ущерба не возникало. «Олимпийка», ограниченная типами судов, акваториями и сроками, – перспективный инструмент активизации в прибрежном промысле.

Еще один важный момент – в рамках обновленных правил рыболовства для судов, работающих в шестимильной зоне нашего региона, предусмотрена возможность взвешивания улова и заполнения промыслового журнала в местах сдачи. Здесь тоже удалось убрать административный барьер, когда учет нужно было осуществлять непосредственно на борту.

– Ваш регион предлагает и новые механизмы принятия решений в сфере управления промыслом.

– Да, для управления рыболовством в шестимильной зоне можно воспользоваться механизмом, который сейчас применяется для организации добычи анадромных видов рыб.

Дело в том, что потребности управления промыслом и сохранения водных биоресурсов, в том числе обеспечение прослеживаемости уловов и продукции из них, требуют адекватных развитию промысловой ситуации и своевременных решений.

Региональные комиссии по анадромным – неоднозначно оцениваемый, но вполне внятный и рабочий механизм. Она состоит из представителей федеральных и региональных органов власти, науки, рыбацкого сообщества. На заседаниях порой разгораются жаркие споры, длительные дискуссии – но иначе нельзя. В целом инструмент себя хорошо показал. И в любом случае предусмотрено, что решения комиссии утверждаются территориальным управлением Росрыболовства – окончательное решение за федеральным органом власти.

Уже сейчас в Сахалинской области создана межведомственная комиссия по вопросам рыболовства в шестимильной зоне. Среди функций этого органа – выработка рекомендаций по установлению объемов вылова, сроков промысла, способов и орудий лова для добычи водных биоресурсов шестимильной зоны, в отношении которых не предусматривается ОДУ.

Нужно не бояться передавать полномочия в сфере регулирования рыболовства на региональный уровень. Мы могли бы организовывать, финансировать рыбохозяйственные исследования. Инфраструктура для прибрежного рыболовства – это тоже зона интересов субъекта Федерации.

Если говорить об индикаторах, то федеральный центр отвечает за увеличение вылова, за макроэкономические показатели. А для региона важно, как отражается законодательство на конкретном человеке, на территории. Как развивается переработка, которая обеспечивает поступление налоговых отчислений в бюджет, как растет заработная плата. Закрепление полномочий – не более чем закрепление ресурсов в определенной части акваторий за населением и бизнесом конкретных территорий. В этом смысл нашей работы в шестимильной зоне.

– Очень много вопросов возникло по той работе, которая в Сахалинской области ведется по спортивно-любительскому рыболовству.

– Здесь можно вспомнить опыт прошлых лет. По сути, с чего мы начинали? У нас в стране, как и во всем мире, существовала достаточно стройная схема организация любительского и спортивного рыболовства. Были установлены нормы вылова на человека. Они действовали и на Сахалине до 2006 года – столько-то корюшки, столько-то наваги. Велся лов и на рыбопромысловых участках, только тогда это были культурно-рыболовные хозяйства. И пользователи или владельцы участка занимались зарыблением водоема, мелиорацией, организовывали базы отдыха. И продавали путевки для желающих воспользоваться результатами этого труда.

Путевки – это 1976-1977 годы. Цикл постановлений об организации отдыха трудящихся, был упорядочен лов ценных пород рыб. И тогда эти лицензии выдавались государством – как сейчас во всем мире. Путевка, где указано, в каких местах гражданин может осуществлять лов. И при этом платил он не за пойманную рыбу, а за услугу.

Что произошло дальше? После изменения законодательства нарезали рыбопромысловых участков для организации спортивно-любительского рыболовства, стали продавать их на аукционах. Соответственно, предоставлять победителям торгов право продавать федеральную собственность на этих РПУ. То есть право на вылов ресурса, к которому этот предприниматель никакого отношения не имеет. Помимо того, что он выиграл участок.

Кроме того, несколько лет назад по всей стране был объявлен мораторий на распределение РПУ для спортивно-любительского рыболовства. Причиной послужила сложившаяся конфликтная ситуация. Создание условий для рыбалки на участках не стало общим правилом.

– Да, выяснилось тогда, что хозяйства на самом деле ничего не делают для организации культурного отдыха, а только взимают плату с желающих порыбачить.

– Точно так. В Сахалинской области создано более 40 участков для организации спортивно-любительского рыболовства, но они используются лишь для лицензионного лова лосося. Реализация закона была остановлена, как следствие, другие виды водных биоресурсов «выпали».

Вообще в рамках организации лова на участках акцент был сделан на то, что ловить можно конкретные виды водных биоресурсов – по которым дается прогноз. Все остальные объекты у нас «ушли». В 90-е – начале 2000-х значительная часть населения побережья работала на добыче этих видов – на тех же прибрежных крабах, креветках, гребешке. Сейчас вылов просто переместился далеко в море. Промышленники их на берегу практически не перерабатывают и на берег не доставляют. Нужно восполнять этот пробел.

Работу по любительскому рыболовству мы ведем в двух направлениях. Первое – добыча на водоемах общего пользования, которую граждане могут осуществлять свободно и бесплатно. Нормы вылова будут установлены рано или поздно. Здесь все понятно.

Лов по путевкам. Мы считаем, что осуществлять его только на рыбопромысловых участках – не совсем то, что требуется. Нужно вернуться к практике, которая была у нас в стране и продолжает существовать в мире. Человек получает путевку с указанием перечня мест, где можно реализовать свое право на вылов. Причем выдавать такой документ (фишкарту, путевку – назвать можно как угодно) должно государство.

Мы полагаем, что по значительной части объектов лова функции по оказанию услуги по выдаче фишкарт можно передать на уровень субъекта Федерации. Через муниципалитеты, МФЦ – можно найти способы, каким образом эту работу осуществлять. В конце концов, через лесников, которые есть у нас в каждом муниципальном образовании.

Еще один компонент – это коммерческое рыболовство под видом спортивно-любительского. В этом плане мы ведем очень серьезную работу с населением, организуем выездные встречи и т.д.

Осуществляется работа по объединению жителей рыбацких поселков в небольшие предприятия, артели, причем с ограничением применения наемного труда – в соответствии с законом о сельскохозяйственной кооперации, ведь речь идет о самозанятости населения. И здесь, на наш взгляд, необходим механизм закрепления ресурса – не за отдельными хозяйствующими субъектами, а за совокупностью – ассоциацией, кооперативом, поселением, общиной и т.п.

То есть спортивно-любительское рыболовство нужно разделить на две части. Первое – лов для удовольствия, в качестве отдыха. Нормы добычи для рыболовов будут установлены. Путевку, на мой взгляд, необходимо выдавать в двух форматах – государством и культурными рыболовными хозяйствами, которые занимаются воспроизводством биоресурсов.

Второе – это потребительское рыболовство, которое сейчас выпало из нормативного регулирования. Это добыча водных биоресурсов в целях самообеспечения домохозяйств с продажей излишков улова.

Почему родилось письмо к президенту? Чтобы ликвидировать имеющиеся разрывы. Если бы рыбопромысловые участки решали все проблемы, если бы за населением можно было закрепить ресурс, разве потребовались бы изменения? Сейчас стоит только зарегистрировать предприятие – вперед на торги, вперед за договорами.

Поэтому мы и попросили провести эксперимент на уровне Сахалинской области, чтобы на конкретной территории, в реальных условиях, а не в кабинете попробовать новые механизмы.

И самое главное – у нас уже есть результаты. Мы действительно на сегодняшний день получили на рынок приток рыбы из прилова, выбросы на промысле сократились. В прошлом году мы гордились, что рыбопромышленники просто раздали населению 40 тонн рыбы, в этом году – порядка 170 тонн лосося. Но при этом продано еще 467 тонн свежей и охлажденной рыбы и морепродуктов, причем той категории, которая раньше в торговле представлена не была – это живой краб, спизула, гребешок. На нашем рынке появились окуни – поставки из Невельского, Корсаковского районов.

Важнейшая задача – вывести уловы, которые добываются населением, из «серой» зоны. И люди на самом деле перестают бояться, выходят из тени. Здесь мы работаем одновременно по двум направлениям: приводить деятельность граждан в соответствие с законодательством и добиваться, чтобы правовая база отвечала практике.

Удалось достигнуть существенного увеличения ассортимента рыбы и морепродуктов в продаже – добавить полтора десятка новых объектов к нашему обычному рациону. Работаем над повышением доступности рыбных товаров. Сейчас стоит задача сделать более доступной свежую и охлажденную рыбу. Это другая культура производства. Мы «вытаскиваем» именно этот сегмент. Причем Олег Николаевич решил вопрос по поставкам не только свежей и охлажденной рыбы, но и мяса, птицы.

Есть еще один момент – ценообразование. Почему мы даем возможность рыбакам – и любителям, и промысловикам – реализовывать уловы напрямую? Потому что они продают без наценок, по себестоимости. Места для торговли мы предоставляем бесплатно. Получается достаточно серьезное удешевление. И как результат – люди стали есть больше рыбы.

У нас же туристический кластер на Сахалине, «Горный воздух». Люди приехали, посмотрели, покатались, но здесь же может быть и краб по нормальной цене, и креветка, и свежая рыба, и прочее. Можно организовать комплекс услуг: после отдыха на лыжной базе человек едет на зимнюю рыбалку. А ведь есть еще летний отдых: туристы могут отправиться на рыбалку в прибрежные села. Развитие любительского рыболовства гражданами в регионе ведется по нескольким направлениям – это и возможность заработать для местных жителей, и рыболовный туризм. Причем на Сахалине есть очень хорошие перспективы для морского рыболовного туризма. Для этого необходима инфраструктура, нужны люди, которые оказывают услуги в этой сфере: предоставляют плавсредства и орудия лова, нужны ресторанчики, гостиницы. Таким образом мы реализуем не только промысловый, но и туристический потенциал Сахалинской области.

Вот весь комплекс задач, которые мы решаем. У отраслевого законодательства – один взгляд на вещи, но на местах на первом плане все-таки проблемы территориального развития, нам сейчас нужно создать несырьевой сектор экономики. И в этом плане малый бизнес, малые формы хозяйствования, самозанятость граждан как раз являются ключами к решению задачи, путем к заселению прибрежных территорий регионов Дальнего Востока.

Маргарита КРЮЧКОВА,журнал « Fishnews – Новости рыболовства»

Вопросы эксперту

Назад