Import

Тема: Снижение административных барьеров

Актуально
Пастбищное рыбоводство: исключительный шанс или угроза краха

Пастбищное рыбоводство: исключительный шанс или угроза краха

В отраслевой программе развития товарной аквакультуры, утвержденной Минсельхозом в начале года, пастбищному рыбоводству отведена не слишком заметная роль. Отмечено, что это направление не получило «должного развития» и «объемы выращивания объектов аквакультуры сильно сократились».

При текущем уровне производства, оцениваемом по итогам 2014 года в 35 тыс. тонн, к 2020 году ожидается прирост до 51 тыс. тонн. Прогноз, как полагают специалисты, более чем реалистичный. Более того, при определенных условиях у рыбоводов есть все шансы оставить заданные ориентиры далеко позади.

В законе «Об аквакультуре» указано, что пастбищное рыбоводство «осуществляется на рыбоводных участках в отношении объектов аквакультуры», которые выпускаются в водные объекты, «где они обитают в состоянии естественной свободы». Это направление товарной аквакультуры считается сравнительно малозатратным, главным образом за счет экономии на кормах. Для сравнения: в прудовом и особенно индустриальном рыбоводстве на долю кормов порой приходится до 65% себестоимости товарной рыбы.

В условиях экономической нестабильности и резкого подорожания импортных комбикормов и посадочного материала пастбищная аквакультура имеет все шансы занять достойное место на рынке. С точки зрения продовольственной безопасности это практически идеальное производство, которое осуществляется исключительно за счет внутренних ресурсов и ориентировано, прежде всего, на отечественного потребителя.

Пастбищная аквакультура в России получила распространение преимущественно на Урале, в Сибири и на юге страны. Собственно, при подготовке отраслевой программы оценивались как раз возможности этих регионов. В результате была поставлена задача – добиться увеличения объемов производства на 16 тыс. тонн за шесть лет, в основном за счет разведения сиговых и растительноядных видов рыб.

При этом в программе практически не учитываются перспективы Дальнего Востока, где уже много лет существует развитая индустрия пастбищного рыбоводства тихоокеанских лососей. До ФЗ «Об аквакультуре» эта деятельность рассматривалась в русле воспроизводства водных биоресурсов. Но с появлением в законе понятия промвозврата и прекращением практики заключения государством договоров на выпуск молоди с частными лососевыми рыбоводными заводами (ЛРЗ), лососеводы, по крайней мере теоретически, могут работать в рамках товарной аквакультуры.

Это солидный резерв для пастбищной аквакультуры. Учет вылова лососевых рыбоводных заводов как продукции товарного рыбоводства позволит говорить о выполнении программных целевых показателей по этому разделу уже сегодня, а к 2020 году – почти вдвое превзойти эти объемы. Как водится, на этом пути есть свои препятствия, преодолеть которые можно только при поддержке государства. Причем поддержки не столько финансовой, сколько административной и нормотворческой, ведь самые серьезные барьеры для развития пастбищной аквакультуры, как на местном, так и на федеральном уровне, носят именно «бумажный» характер.

Ресурс «полудикого» лосося

Сахалинская область уверенно лидирует в России по искусственному воспроизводству тихоокеанских лососей. Первые ЛРЗ на Сахалине появились еще в 1913 году, и с тех пор технологии выращивания постоянно совершенствовались. В последние годы выпуск молоди стабильно держался на уровне 800 млн. штук. По мнению ученых, с учетом состояния кормовой базы северной части Тихого океана, где происходит нагул лососевых, этот объем может быть увеличен еще на 1 млрд. мальков.

По данным Ассоциации лососевых рыбоводных заводов Сахалинской области (АЛРЗ), ориентировочный возврат тихоокеанских лососей заводского происхождения составляет порядка 65 тыс. тонн (около 25 тыс. тонн горбуши и 40 тыс. тонн кеты). Но этот объем до сих пор не фиксируется в статистике как продукция аквакультуры, поскольку считается, что предприятия работают в рамках искусственного воспроизводства водных биологических ресурсов.

На сегодняшний день сложилась ситуация, когда ЛРЗ фактически не могут воспользоваться плодами своих трудов и вынуждены заявляться на путину на общих основаниях. Согласно последним изменениям нормативно-правовой базы, чтобы получить право на промысловый возврат и работать в режиме пастбищной аквакультуры, завод должен иметь рыбоводный участок (РВУ). Эти участки планируется распределять путем аукционов, причем никаких преимуществ для уже существующих предприятий перед остальными участниками торгов не предусмотрено.

«У наших заводов недостаточно средств, чтобы на равных участвовать в торгах, так как они вкладываются в производство», – констатирует исполнительный директор АЛРЗ Кирилл Проскуряков. Как полагают в отраслевом объединении, действующим предприятиям нужно дать возможность закрепить за собой рыбоводные участки. Проще всего это сделать путем конкурса, одним из критериев которого должны стать фактические объемы объектов аквакультуры, выращенные за последние четыре года. Аукционный формат допустим для РВУ, создаваемых на реках, где ранее не осуществлялся выпуск молоди тихоокеанских лососей.

Оптимальным решением могли бы стать соответствующие изменения постановления Правительства от 15 мая 2014 г. № 450 «Об утверждении Правил организации и проведения торгов (конкурсов, аукционов) на право заключения договора пользования рыбоводным участком», на чем настаивали и рыбоводы, и Росрыболовство. «Это системная проблема, которая не позволяет развивать отрасль. Есть очень много инвестиционных проектов, но все ждут, чем закончится история по пастбищной аквакультуре с существующими рыбоводными заводами. Если она не решится, в принципе на этой отрасли можно будет поставить крест», – отмечает председатель совета директоров АЛРЗ Андрей Коваленко.

Ильмени могут не дождаться хозяев

Со схожими проблемами столкнулись рыбоводы на противоположном конце страны – в Астраханской области. Еще с советских времен там практиковалось использование ильменей западно-подстепной зоны, зарыбляемых карпом и растительноядными видами рыб, которое в принципе не слишком отличалось от прудового рыбоводства.

Однако после выхода закона об аквакультуре оказалось, что ильмени технически относятся к типу водных объектов «озеро», а значит товарное рыбоводство на них возможно только при условии формирования рыбоводного участка. Впереди утверждение перечня РВУ, а затем, как и на Сахалине, аукционы. Перспектива потери водоемов с уже отстроенной инфраструктурой всерьез тревожит астраханские хозяйства. В вопросе аукционного распределения РВУ они полностью солидарны с сахалинскими коллегами, предлагая конкурсную процедуру для уже задействованных акваторий.

Сложностей добавляет неустойчивый гидрологический режим ильменей западно-подстепной зоны, зависящий от водности весенних паводков. Рыбоводные хозяйства сталкиваются с необходимостью создания гидротехнических сооружений, препятствующих естественному скату воды в послепаводковый период, и искусственной подкачки воды, что приводит к дополнительным расходам для бизнеса. При этом необходимость облова по «большой воде» обуславливает невысокую рыбопродуктивность ильменей. Поэтому затраты, характерные для прудового выращивания рыбы, в пастбищной аквакультуре сразу ставят под вопрос рентабельность производства.

Еще больше сил и времени у предприятий отнимает необходимость соблюдения требований нормативно-правовых актов, регулирующих ведение пастбищного рыбоводства. «Это разработка рекомендаций научной организации, разработка мероприятий рыбохозяйственной мелиорации, неоднократный вывоз комиссии на зарыбление с оформлением соответствующих актов, получение разрешения на введение нового объекта в поликультуру, предоставление отчетности по изъятию объектов аквакультуры. Перечислять можно очень долго», – говорит президент ассоциации «Астраханьрыбхоз» Елена Чертова.

Вопрос, почему бы не оставить порядок осуществления технологических процессов (залитие водоемов, зарыбление, мелиорация, облов выращенной рыбы и т.д.) на усмотрение главного заинтересованного лица – пользователя, остается открытым. Между тем высокая зарегулированность, бюрократизация хозяйственной деятельности, избыточные административные барьеры и значительные финансовые затраты на их преодоление в условиях экстенсивных методов ведения аквакультуры не оправдывают вложенных средств.

Бизнес в отличие от чиновников не может ждать бесконечно, пока все противоречия и развилки в законодательстве будут урегулированы. Предприниматели теряют интерес к пастбищному рыбоводству, бросая водоемы. «При отсутствии государственной поддержки аквакультуры в текущем году не исключен отказ хозяйствующих субъектов от использования ильменей для целей аквакультуры или их «теневое» использование», – предупреждают в «Астраханьрыбхозе». Уже в этом году с учетом маловодья и невозможности осуществлять рыбоводство в ильменях в Лиманском, Наримановском и Икрянинском районах Астраханской области недосчитаются как минимум 5-6 тыс. тонн товарной рыбы.

Новый «старый» режим для уральских озер

Зарегулированность отрасли, необходимость получения всевозможных разрешений, согласований и постоянное вмешательство чиновников в работу рыбхозов сдерживает развитие пастбищной аквакультуры и в других регионах с богатыми традициями разведения рыбы. В том числе на Урале, где в силу природно-климатических особенностей товарным рыбоводством нередко занимаются на озерах, часто заморных.

В 1980-х гг. после выхода приказа Министерства рыбного хозяйства СССР на территории Челябинской области стали создаваться озерно-товарные рыбные хозяйства (ОТРХ). Они предназначались для товарного выращивания рыбы и отличались от водоемов общего пользования особым режимом хозяйствования. В частности, на них не распространялись правила рыболовства. Собственник ОТРХ, ориентируясь на рекомендации отраслевой науки, сам определял, когда и чем зарыблять озеро, какую рыбу и какими орудиями лова добывать и в какие сроки, чтобы добиться стабильно высокой рыбопродуктивности.

Такая форма работы оказалась крайне удачной. К примеру, в Челябинской области из 266 водоемов, закрепленных за рыбохозяйственными организациями, в режим ОТРХ было переведено 49, и они до сих пор обеспечивают до 70-80% общего вылова рыбы. Предприятия выращивают и поставляют на местный рынок карпа, пелядь, леща, рипуса, судака, которых охотно разбирает население.

В 2006 году «Камуралрыбвод» на основании письма замруководителя Федерального агентства по рыболовству переоформил договоры с пользователями ОТРХ сроком на 25 лет. Но в закон об аквакультуре озерно-товарные рыбхозы не попали, и у территориальных органов Росрыболовства вдруг появилась масса претензий к их работе.

«Терорганы не признают, что существует такая форма, как ОТРХ, хотя у нас на руках договоры, которые до сих пор не расторгнуты, и пытаются препятствовать нам работать на этих водоемах», – рассказывает генеральный директор ОАО «Челябрыбхоз» Александр Рындин. – «Сегодня нам заявляют, что эти договоры нужно перезаключить под рыбоводные участки, поскольку в законе об аквакультуре нет понятия ОТРХ».

В идеале, чтобы подтвердить особенности режима ОТРХ, достаточно приказа Минсельхоза. И даже есть информация, что этот вопрос сдвинулся с мертвой точки – в министерстве запросили у регионов предложения по озерно-товарным хозяйствам. Но пока рыбоводам приходится раз за разом отбивать атаки со стороны чрезмерно ретивых чиновников на местах.

«В этом году нам запретили вести отлов плотвично-окуневых видов, ссылаясь на нерестовый период. На водоемах общего пользования рыбачить в это время действительно нельзя. Но этот запрет не касается ОТРХ, – уточняет руководитель ОАО «Челябрыбхоз». – По правилам, если вы зарыбили водоем личинкой ценных видов или подращённой молодью, то в течение 15 дней имеете право вылавливать малоценную рыбу. В противном случае она сожрет все, что вы зарыбили. Тридцать лет мы так работали, и вдруг подъезжают терорганы и начинают интересоваться, почему это мы ловим окуня и чебака, они ведь федеральная собственность».

По расчетам специалистов, если убрать административные барьеры, установить упрощенный порядок ведения озерно-товарного рыбоводства и не создавать новых надуманных препятствий работе рыбаков, челябинским предприятиям вполне по силам вернуться к пиковым показателям конца 1980-х, когда добывалось до 6,5 тыс. тонн рыбы. Сегодня этот показатель гораздо скромнее – от 1,5 до 3 тыс. тонн в год. Причем прирост не потребует громадных инвестиций, надо только максимально облегчить административные процедуры для рыбоводов.

«Я на всех уровнях это говорю: «Не мешайте. Не трогайте. Дайте работать». Мы больше всех заинтересованы в повышении рыбопродуктивности, увеличении производства товарной рыбы и ее доступности для населения. ОТРХ – это малый бизнес, это рабочие места, тем более в сельской местности. Надо создавать условия и стимулы для его развития, а нас постоянно бьют по рукам», – недоумевает Александр Рындин.

Из всех направлений товарной аквакультуры пастбищное рыбоводство наиболее тесно связано с природными условиями конкретного региона. Осуществлять его регулирование на федеральном уровне путем разработки унифицированных требований и регламентов сразу для всей территории нашей огромной страны крайне сложно. Чрезмерная централизация ведет к бюрократизации процессов, их удорожанию для пользователя, неизбежным ошибкам во все более детальных нормативно-правовых актах и многократно замедляет принятие любых управленческих решений.

В Конституции записано, что вопросы природопользования и охраны окружающей среды находятся в совместном ведении федерального центра и субъектов РФ. Так может стоит делегировать часть полномочий по решению вопросов, связанных с осуществлением пастбищной аквакультуры, непосредственно на места, в регионы, поближе к рекам, озерам, водохранилищам, ильменям и другим водоемам, где в перспективе можно выращивать тысячи тонн товарной рыбы, спрос на которую растет год от года.

Анна ЛИМ,

журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Назад